«Депрессия и ранняя травма: когда тело помнит детскую беспомощность»
«Моя маленькая, я рядом. Ты можешь закрыть глазки и отдохнуть. Я никуда не уйду. Мама крепко держит тебя».
Как часто я говорю это людям на добаюкивании в роли мамы. Как часто я слышу что-то подобное от «мам» на практиках в группе. Сколько в этом послании силы для того, кто когда-то сдался.
Я напишу сегодня немного о депрессии и о её причинах с точки зрения ранней травмы.
Откуда берётся беспомощность
В основе депрессивных состояний часто лежит опыт невозможности получить то, что необходимо сейчас. Вот есть важная потребность и между ней и её удовлетворением впечатан опыт бессилия, полной беспомощности: что бы я ни делал, я никогда не получу желаемое.
Часто это довербальный опыт, тот возраст, когда ещё не было речи.
Малыш может очень долго звать маму, но она не приходит, он может хотеть кушать или лежать в мокрых пелёнках и звать, а мама не реагирует.
Может хотеть тепла, заботы, телесного контакта, но не получать этого, как ни кричи.
У младенца нет опции отделять себя от среды, ощущать время, понимать обстоятельства. Он впитывает этот опыт беспомощности всем телом, состояние захватывает его целиком.
Сначала он громко яростно зовёт, а потом сдаётся. Уходит в себя. Перестаёт звучать и требовать.
Когда мы вырастаем, то хорошо знаем, что если действовать определённым образом, можно получить желаемое.
Но есть ситуации, когда мы никак не можем изменить ситуацию, не можем повлиять на выбор другого человека, на его отношение к нам. И это может стать триггером к появлению депрессивных эпизодов: отвержение, обесценивание, невыбранность, потеря близкого человека. Всё то, что было тогда впитано телом, накатывает новой волной боли. Часто эта реакция по силе и мощи не соответствует ситуации.
Болезнь также может явиться стартом депрессивного состояния: я не могу ничего сделать, я беспомощен, никому не нужен, я один, я ничего не контролирую, мне страшно.
В основе депрессивной симптоматики часто лежит тот старый, до боли знакомый телу, способ справляться со стрессом.
Ведь внутри продолжает плакать малыш, который хорошо усвоил, что он ничего не может контролировать, что если он расслабится, мама уйдёт, если будет звать, не услышит, если плохо и трудно, будет игнор.
Любой повод, любая ситуация во взрослой жизни может мгновенно откинуть нас туда, в далёкое младенчество, где одиноко, где нас не слышно и мы снова и снова отказываемся просить дать нам необходимое, потому что бесполезно, потому что уже сдались.
Поэтому нужно взять всё под жёсткий контроль до конца своих дней и не давать слабины ни себе, ни другим, чтобы не сделали больно, чтобы не исчезли, не бросили.
С точки зрения работы с травмой через тело здесь важен не только разговор о прошлом. Важно дать телу новый опыт: меня держат, меня слышат, я могу расслабиться, я могу быть не один.
Именно поэтому телесная работа с травмой иногда становится тем мостом, который соединяет взрослого человека с его ранней детской частью.
Работая с людьми, я вижу эту глубинную связь оттуда в сейчас. Как депрессивные эпизоды просто кричат о необходимости посмотреть туда, где было много детской беспомощности и брошенности, прожить это.
И сегодня, добаюкивая, я снова шептала в гамак: «Моя девочка, я рядом. Ты можешь закрыть глазки и отдохнуть. Я никуда не уйду. Мама крепко держит тебя». А она плакала, плакала и выдыхала. Всё тело расслаблялось и отдавалось моим рукам.
Опыт безопасности как опора
Опыт безопасности, опыт любящего присутствия бесценен в любом возрасте. Это то, что даёт нам силы жить, опору, ощущение своей силы и веру в то, что свою боль можно разделить с другим.